http://svetreiki.ru/blog/ Joomla ru Padayatra namahata@ya.ru namahata@ya.ru http://svetreiki.ru/blog/i/blog.png http://svetreiki.ru/blog/ http://svetreiki.ru/blog/post_1267340402.html <!-- img src=http://svetreiki.ru/blog/i/p/1267340402.jpg border=0 align=left hspace=5 vspace=5 --> <!-- keywords_is:the,of the,and the,on the,the ego,freud the,the self,the of,lichtenstein the,in the --> <p></p><br> <p>Анализ литературы наряду с моими клиническими и теоретическими изысканиями привел меня к концептуальному пониманию стыда как сигнальной функции, аффективной и когнитивной одновременно, которая вызывается движением индивида от "собственного нарциссизма Я" (self narcissism) к объектному нарциссизму (object narcissism) (Kinston, 1980), (1982).</p><br> <p>Подробности стыда и схожих переживаний (в.т ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ Стыд, как понятие и переживание, понимался авторами абсолютно по-разному. Ниже я приведу ключевые положения каждого подхода и попытаюсь выработать взаимосвязи между ними. Краткий обзор 1. 2. Стыд связывается с сексуальностью (Freud, 1896).</p><br> <p>3. Стыд, для практических целей, признается неотличимым от вины (Hartmann & Loewenstein, 1962). Этот краткий обзор в первом приближении описывает конфликтующие идеи и постулаты, существующие в литературе. На них основано последующий обсуждение, скорее обозначающее выбранную мной тему, чем исчерпывающее поднятый вопрос. КРИТИКА Отсутствие понятия стыда в работах Лапланша и Понталиса (1973) является показателем недостаточного внимания к нему психоаналитиков в прошлом.</p><br> <p>Например антрополог Бенедикт (1946) следует за Фрейдом, когда объясняет вину как внутреннюю критику и стыд как реакцию на критику извне. Пирс и Сингер (1953) отмечают, что для некоторых людей справедливо обратное утверждение, т.е Другого вовне. Эго-идеал был центральным понятием идеальных представлений о себе и идеальных родительских интроектов, и стыд возникал, когда индивиду не удавалось соответствовать установленным его Эго-идеалом стандартам (Sandler et al.,</p><br> <p>1963). Их схема относила стыд к Эго-идеалу, а вину к Супер-эго; по их мнению стыд основан на страхе быть обесчещенным а вина на страхе быть покинутым (abandonment). Такое четкое разграничение Эго-идеала и супер-эго не удовлетворительно с теоретической точки зрения (Sandler et al.,</p><br> <p>Идеальные представления о себе, которые соотносятся с амбициями, связаны с целями Эго и, таким образом, более уместно говорить о внутрисистемных (Эго) конфликтах между идеальными представлениями о себе и видимым путем интроспекции и наблюдения реальным Я. Это было видение Якобсон (1964). К сожалению, теория Якобсон привела к неразберихе в структуре, поскольку стыд использовался как синоним нарциссической раны от несостоятельности.</p><br> <p>Она также считала, что нарциссическая несостоятельность вызывает "чувство или ощущение неполноценности". Соединение стыда и неполноценности, описанное Якобсон, неудачно: эти переживания легко отличимы и часто наблюдаются отдельно. Более важно, что есть люди испытывающие стыд, даже если дела у них идут хорошо. Фельдман (1962) отметил, что любое напряжение, приносит ли оно славу или унижение может вызывать стыд. Еще один важный взгляд на проблему рассматривает стыд как феномен отношений Ид-Эго или Ид-Супер-эго.</p><br> <p>Когут (1971) отметил, что в отношениях Супер-эго и Эго существуют подсознательные сигналы стыда, в то время как "болезненный стыд" возникает когда Ид "затопляет Эго нескомпенсированным эксгибиционизмом". Последнее явление относится к присутствию бессознательного, грандиозного Я в Ид.</p><br> <p>Современные авторы (Levin, 1967); (Lowenfeld, 1976) существенно адоптировали такой инстинктивный подход, но лишь до степени рассмотрения стыда как очевидной реакции на культурные нормы и связали его с объектными отношениями.</p><br> <p>Например, стыду приписывается функция измерения степени личностного контакта и защиты от отвержения. Такое описание опасно похоже на феноменологию социального взаимодействия, упомянутую ранее. Итак, из моих рассуждений и доказательств можно сделать следующие выводы: а. Несмотря на отдельные заявления, стыд хорошо идентифицируемое и возможно примитивное переживание, которое имеет свои собственные права и сложную феноменологию.</p><br> <p>Он рассматривал стыд как результат беспомощности и потери самоконтроля и связывал его с видимостью и желанием спрятаться. Он писал "необходимость достичь идентичности. Она также заметила, что стыд описывается в литературе не только как мучительный и болезненный, но также и как разоблачительный и восторженный.</p><br> <p>И, наконец, она описала участие всего Я в акте стыда. В отличие от акта вины, в котором индивид может признаться, искупить вину, покаяться, исправиться, акт стыда подразумевает изменение личности. Человек думает "Я не мог этого сделать. Но я это сделал, и я не могу это исправить, потому что это Я".</p><br> <p>Льюис (1963) предположила, что стыд функционирует как защита от потери границ Я и поддерживает чувство автономии личности. В более поздней работе (1971), она приводит общепринятую феноменологию стыда, особенно его отличия от вины. Лихтештейн (1963), (1964) основываясь на трудах Линд (1958), Эриксона (1950) и Фельдмана (1962) постулировал, что индивид живет в постоянном конфликте между желанием сохранить идентичность и искушением совершенно отказаться от идентификации с человеческим существом.</p><br> <p>Он обозначил этот феномен термином "метаморфоз" и заявил, что любой индивид колеблется от идентичности к метаморфозу. Якобсон (1964) заявила, что идея Лихтенштейна о том что, "человек постоянно находится под угрозой разрушения идентичности" (1961) не является результатом клинических исследований.</p><br> <p>Я утверждал обратное в других исследованиях, касающихся понятия идентичности (Kinston, из неопубликованного). Последующее описание стыда в целом соответствует теории Лихтенштейна и, как я надеюсь, привлечет внимание к его идеям. СУЩНОСТЬ СТЫДА Теоретическая основа Почти все авторы, упомянутые в предыдущем разделе, прямо или косвенно рассматривали переживание стыда в рамках нарциссизма.</p><br> <p>Если принять этот постулат, то для его (стыда) понимания необходима адекватная теория нарциссизма. В поисках такой теории я пытался разделить понятия нарциссизма Я и объектного нарциссизма (Kinston, 1980), (1982). Следует отметить, что авторы, ориентированные на объектный нарциссизм (Rosenfeld, Kernberg) едва упоминали стыд, в то время как приверженцы нарциссизма Я (Jacobson, Sandler et al.,</p><br> <p>Kohut) уделяли стыду пристальное внимание. Вкратце можно обобщить: Нарциссические расстройства появляются, когда ребенок стремится к индивидуации вопреки попыткам родителей сохранить симбиоз. Родители, бессознательно преследуя свои собственные цели, не поощряют спонтанное стремление ребенка к автономии.</p><br> <p>С точки зрения родителей стремление ребенка не верно, даже жестоко, и не соответствует желаниям и ожиданиям в отношениях ребенок-родитель. В психической реальности родителей, родитель повреждается действиями ребенка.</p><br> <p>Ребенок, не выполняя функцию продолжения (нарциссического расширения) своего родителя, порождает боль, депрессию и обиду у родителей. Такой сценарий может продолжиться насилием или иными действиями родителей и ответными реакциями ребенка. По существу, в интерсубъективной реальности ребенок всегда не прав.</p><br> <p>Следовательно, действия индивида не имеют корней в устремлениях личности, не дают возможность развиться чувству самости, и не способствуют самоуважению. Напротив, они порождают чувство всемогущества и стремление к бессмысленному разрушению. Действия, вызывающие желаемый отклик у родителей могут быть механизированными и при этом крайне эффективными, но по существу они бесчувственны и бесчеловечны.</p><br> <p>Они бесчеловечны, поскольку не затрагивают ключевых вопросов: Кто я есть? Что я думаю? Ответы на эти вопросы сугубо индивидуальны, и олицетворяют нарциссизм Я. По определению, механическое реагирование повторяющееся и стереотипичное. Благодаря врожденной индивидуальности ребенка, он колеблется между индивидуацией и самодостаточностью с одной стороны и симбиозом, насильственно навязанным или поощряемым родителями, с другой стороны.</p><br> <p>Это колебание сравнимо с описанием движения от идентичности к метаморфозу и обратно, данным Лихтенштейном. Место для стыда Описанные в литературе клинические исследования легко укладываются в точку зрения, что стыд появляется в состоянии нарциссизма Я и ассоциируется с влечением к состоянию объектного нарциссизма. Иногда, индивид может отвернуться от окружающих, втайне не обращать внимания на мнение других, и считать злом сам факт их существования.</p><br> <p>Он со всей ответственностью помещает стыд в рамки понятия осуждения, и связывает его с проблемой зла. Стыд это сигнальное переживание возникающее, когда индивид, столкнувшийся с болезненным самосознанием (сходным с понятием "идентичности" по Лихтенштейну) и с сохранившейся способностью осмысленно взаимодействовать с другим, пытается их избежать и изменить сознание, которое само по себе является злом, особым образом, отрицая все, что свойственно человеку: потребности, зависимость, конфликты, смысл, несовершенство.</p><br> <p>Это нечеловеческое, бесчувственное состояние названо Лихтенштейном "метаморфоз". Как только индивид сдвигается в сторону объектного нарциссизма, переживание стыда затухает. Самовыражение, таким образом, ассоциируется со скромностью, умеренностью и сдержанностью, благодаря осознанию чувствительности и уязвимости на приемлемом уровне. Развивается представление о значимости и месте индивида в этом мире, которое противостоит претенциозности.</p><br> <p>Фельдман (1962) очень кстати отмечает, что хотя стыд и переживается как аффект на раннем этапе развития, в зрелом возрасте он переживается в большей степени как непреложная направляющая сила. Склонность к стыду и нарциссическая уязвимость связанные, но различные понятия. Все склонные к стыду люди нарциссически уязвимы, но обратной зависимости не существует. Это происходит потому, что многие из нарциссически уязвимых людей используют в качестве защиты неуязвимость.</p><br> <p>В эту категорию попадают как объективно нарушенные (психопаты, перверты) так и крайне успешные личности, которые в личной жизни либо полностью замкнуты, либо непоследовательны и беспорядочны. Наоборот, люди, имеющие склонность к стыду, находятся на пороге бесчувственного и бесчеловечного поведения. Они периодически осознают себя в течение больших или меньших промежутков времени, но это осознание нагружено отрицательным смыслом. Они тянуться к легкому бегству в объектный нарциссизм и нередко инвестируют в это стремление.</p><br> <p>Другой используемый способ не признавать или преодолеть чувство небытия или негативную самооценку - постоянно получать, зачастую общественное, одобрение, признание и восхищение. Это индивиды, описанные в частности Когутом. Существует ли "бессознательное чувство стыда"? Эмоции в своем определении опираются на какое-либо действие человека: для вины - это необходимость в наказании, для тревоги - импульс к бегству. Эти действия обеспечивают воображаемое облегчение переживания и могут проявляться многообразными способами.</p><br> <p>Если наблюдается только действие, психоаналитик говорит о "бессознательном" переживании. Действенная составляющая стыда - попытка спрятаться. Это может выражаться в более очевидной фантазии - желании провалиться сквозь землю.</p><br> <p>В этом действии наблюдаются обе стороны нарциссизма: уход от собственного Я и защита Я - относятся к нарциссизму Я; отождествление себя с землей (матерью) - объектному нарциссизму. Я объектные отношения в моменты стыда зачастую наделяются фекальными качествами.</p><br> <p>Это отчасти связано с совпадающей по значению (анальной) стадией развития ассоциирующейся с сепарацией-индивидуацией, но и еще потому, что фекалии - это первый объект в жизни ребенка, отношение к которому стабильно и настоятельно характеризуется отвращением и неприятием.</p><br> <p>Образы негативной оценки связаны с грязью, мерзостью и я объектные отношения характеризуются как грязные и мерзкие. Степень отвращения может быть связана с тем, насколько в отношениях присутствует садистический компонент. В процессе анализа, пациенты с нарциссическими нарушениями зачастую "не здесь" (витают в облаках).</p><br> <p>В ассоциациях и материале сновидений часто открывается, что они прячутся и пытаются устанавливать взаимоотношения с помощью посланника (своего представителя), который говорит за них и о них. Прямые взаимоотношения ощущаются как грязные или мерзкие и неприемлемые и, если они случаются, появляется стыд. Можно рассматривать "потребность спрятаться" как выражение бессознательного чувства стыда.</p><br> <p>Довольно часто, как в анализе, так и вне анализа, это проявляется в затворническом или скрытном поведении. Фрейд уделил наибольшее внимание проблеме стыда в работе "Толкование сновидений" (1900, p. 242-8) в которой он исследует сновидения, связывающие воедино наготу, стыд и желание спрятаться.</p><br> <p>Если вы бродите по незнакомой земле, далеко от вашего дома и всего того, что вам так дорого и мило, если вы видели и слышали множество вещей, познали страдания и заботу, несчастны и одиноки, тогда, без сомнения, однажды вам приснится сон о том, как вы подходите к своему дому; вы увидите его сияющим всеми волшебными цветами радуги, и самые сладкие, желанные и любимые образы двинуться вам навстречу. Затем вы внезапно осознаете, что вы в лохмотьях, голый и пыльный.</p><br> <p>Вас охватит непередаваемый стыд и ужас, вы начнете искать укрытие и попытаетесь спрятаться, и, наконец, вы проснетесь в холодном поту. Это старо как мир, это сон несчастного странника. Если мы рассмотрим текст целиком, мы можем добавить интерпретацию Фрейда. Несчастный странник - это отвергнутый жалкий ребенок, который вынужденно одинок в этом мире.</p><br> <p>Уязвимый, ранимый и чувствительный ребенок мечтает о родителях (желая теплоты и положительной оценки), и вдруг, неожиданно обнаруживает себя (вместе со своими инстинктивными желаниями) обесцененным. Осознавая это, он переживает стыд. Несчастный странник олицетворяет бессознательное чувство стыда. Индивидуация и желание Плата за индивидуацию - стыд.</p><br> <p>Андреас-Саломе выразил это очень поэтично: "Теперь крайне мучительная болезнь - ядро каждого из нас - наконец завершилась, и непостижимое самоуничижение в обретении индивидуальности подошло к концу" (1921, p. 5).</p><br> <p>Эти открытия получили подтверждение у Броучека (1979), экспериментальные исследования которого показали наличие сильного страдания у младенцев, связанного с неспособностью повлиять, предугадать или понять событие, в то время как они рассчитывают иметь такую возможность. Броучек сделал вывод, что это страдание и есть переживание стыда.</p><br> <p>Объектный нарциссизм напротив характеризуется реагирующим, сбивающим с толку, механистическим или автоматическим поведением. Основная защита путем бесчеловечности описана у Эйхмана, и названа "действием по приказу".</p><br> <p>Чрезмерный контроль со стороны родителей носит максимально компульсивный и насильственный характер, когда под угрозой родительский нарциссизм, чего нельзя сказать о чрезмерном контроле, основанном на привычке или невежестве.</p><br> <p>Родители, ведущие ребенка к психологу, обычно говорят о такой борьбе за контроль в терминах идентичности: "Или я или он". Вина и несостоятельность Каким образом понятие стыда могло смешаться с идеями о недостатках или неправильных поступках?</p><br> <p>Как правило, разрушительность объектного нарциссизма, конечно же, приводит к переживанию вины или несостоятельности, то есть, стыд действительно имеет временные связи с этими переживаниями. В этом случае на помощь снова приходит перспектива развития. В нарциссических отношениях ребенок-родитель каждое позитивное действие ребенка, провозглашающее "Я отдельный. Я другой" приводит к родительской боли, депрессии и чувству обиды.</p><br> <p>Интерсубъективное значение индивидуации имеет две отличительные характеристики. Первая, отстаивание своих прав ребенком - есть нападение на родителей, и последующая потеря любви, одобрения и благополучия переживается как наказание. Вторая, (внутренний) родительский образ ребенка не адекватен ребенку реальному.</p><br> <p>Они не являются характеристиками какого-то специфического действия, а окрашивают все существования ребенка. В последующей жизни индивид переполнен чувствами вины или несостоятельности. Стыд ассоциируется с побуждением соответствовать родительским ожиданиям, которое игнорирует или грубо нарушает индивидуальную идентичность ребенка; но, одновременно дает чувство близости, любви и одобрения.</p><br> <p>Не важно, что каждый ребенок имеет опыт такого переживания в процессе развития и социализации. Глобальное влияние родительского нарциссизма на нарциссизм ребенка слишком масштабный вопрос для обсуждения в рамках этой статьи. Мы, однако, коснемся перехода от близких отношений в условиях нарушенной семьи к отношениям социальным.</p><br> <p>В таких семьях, независимое существование и знание о поведении родителей и его интерсубъективном значении (нарциссизм Я и Я объектные отношения) неприятны и нежелательны в контексте всегда имеющегося под рукой утешения и облегчения путем соответствия (ожиданиям родителей) (объектный нарциссизм). Как результат, зачастую переживание стыда ощущается как дополнительный источник страданий.</p><br> <p>Появляется инстинктивный импульс, который приводит к чувству вины и подавлению; пассивность и бездействие приводит к чувству неполноценности и стыда; что, в свою очередь побуждает к действию (отыгрыванию вовне) и, как следствие, снова приводит к вине. Замкнутый круг вина-стыд в современной теории объясняется иначе и связывается с развитием.</p><br> <p>Движение от нарциссизма Я к объектному нарциссизму сопровождается стыдом, в то время как движение в обратном направлении приводит к осознанию вреда, причиненного в состоянии объектного нарциссизма, и последующему чувству вины. Это только увеличивает стремление двигаться обратно в сторону объектного нарциссизма. Видимость, осознание, отвержение, эксгибиционизм, унижение Отмечается, что стыд связан с осознанием: самосознанием и осознанием психической и внешней реальности.</p><br> <p>Осознание имеет корни в таких визуальных метафорах как инсайт (англ. Связь между стыдом, осознанием и видением хорошо описана в библейской истории сотворения мира. Когда Адам и Ева вкусили плод с Древа познания, они осознали свою наготу, они познали стыд и были изгнаны из Рая. Так появился человеческий род. Также и индивидуация, начинаясь с осознания отдельности и понимания своей человечности, означает потерю блаженного безответственного состояния слияния и появление стыда.</p><br> <p>Миф проясняет вопрос, кто и кого видит и осознает: это сам человек видит и осознает самого себя. Этот вывод заслуживает дальнейшего рассмотрения. Стыд, любовь и сексуальность Родители могут получать огромное нарциссическое удовлетворение от своих детей, во время слияния ребенок разделяет его в полной мере и особенно интенсивно.</p><br> <p>Стыд, таким образом, связывается с самозабвением (отказом от Я), восторгом, экстазом и сексуальностью. Поэтому, а также по причине телесной близости и обнажения, сексуальность никогда не может быть полностью свободной от стыда. Lowenfeld, 1976).</p><br> <p>В этой битве ребенок может либо сдаться, либо продолжать сражаться; конечно, поражение настолько индивидуально (лично), что, сдавшись, ребенок не обретет безопасность, а напротив его существование и самооценка подвергнется еще большему нападению. Враждебность, таким образом, может стать укрепляющей Эго функцией. Freud, 1956). Стыд и агрессия Часто говорят, что стыд порождает агрессию (Levin, 1978); (Stierlin, 1977) и ведет к объектному нарциссизму.</p><br> <p>Движение между состояниями объектного нарциссизма и нарциссизма Я приводит к типичной инстинктивной разрядке, агрессивной и либидинальной (Kinston, 1982), однако стыд, скорее не причина разрядки, а самостоятельный феномен. Наверное, повторное толкование примера Стерлин (p. 236-7) еще больше прояснит существующую точку зрения. Стерлин описывает как пациент напал на аналитика вне сессии и пришел с чувством вины по этому поводу. Он попытался оправдать нападение, ища недостатки в аналитике.</p><br> <p>Как только это было интерпретировано, пациент расплакался. Стерлин пишет: "Пока он плакал, он был переполнен стыдом. Он назвал свои рыдания презренным шоу и слабостью и обвинил меня в том, что я явился их причиной. Он снова напал на меня по причине своей унизительной ярости". Мое понимание этого следующее: пациент переживал вину за свои нападения и попытался избежать этого описанным способом.</p><br> <p>Интерпретация его действий привела к депрессивному ответу и осознанию ответственности. Затем пациент столкнулся с выбором. Либо он увидит, что нападает и причиняет боль другому, но цена этому - переживание вины и слабости; либо он слепо и бесчеловечно продолжит нападать и останется в неведении относительно причин своих действий.</p><br> <p>В момент такого выбора, ненадолго столкнувшись с негативно окрашенной слабостью, он испытал переживание стыда. Он выбрал нападение, использую реакцию презрения к самому себе в качестве оружия и попытки восстановить самооценку. Они включают в себя расплату, признание, покаяние, наказание, раскаяние, искупление и прощение. Об этом много написано в психоаналитической литературе.</p><br> <p>Последний основной сборник по защитам имеет целую колонку ссылок на вину, в то время как стыд не упоминается вовсе (Laughlin, 1979). Более того, завершив движение к объектному нарциссизму, индивид тут же избавится от стыда. В детстве самовыражение приводит к родительской боли, поэтому не удивительно, что появились и были внедрены в социум методы противодействия.</p><br> <p>Они включают в себя смирение, поиск утешения, лицемерие, лживость, игнорирование и попытки спрятаться. Смирение изначально понималось как уничтожение жизнеспособности и силы (жизненной силы). Переживание, сопровождающее появление на публике, иногда описывается расхожим выражением "Я чуть не умер!" Религии всегда выступали за уход от жизни и затворничество.</p><br> <p>Это встречается у отшельников, в монастырях и подобных им группах; затворничество может быть временным или постоянным. В жизни группы, всегда подчеркивается и даже вознаграждается уединенность, и общение сведено к минимуму или, что встречается чаще, ритуализировано.</p><br> <p>В современной жизни, стремление к уединению или некоторые праздники выполняют схожие функции. Общественная жизнь подразумевает, что индивид подчиняется группе и сдерживает свои индивидуальные и личные побуждения. Манеры, обычаи и ритуалы помогают индивиду, однако их недостаточность корректируется лицемерием.</p><br> <p>Фрейд верил, что социальные связи в большей степени поддерживаются лицемерием, а не виной (Freud, 1915). Однако, "ложь во благо" при социальном лицемерии может оказаться недостаточным средством для поддержания равновесия (Rangell, 1954) и защиты Я, и перерасти в откровенную лживость. Угроза обнажить перед социумом свои глубоко личные действия, и есть великая сила шантажа.</p><br> <p>На самом деле большая часть психической энергии некоторых пациентов тратится на ориентацию потоков лжи и пропаганды на самих себя, чтобы избежать внутреннего обнажения. Общий протест для нарциссически уязвимых пациентов, высказываемый аналитику "Я не желаю это знать!" Эта "неосведомленность" (Pressman, 1969) отличается от "отрицания".</p><br> <p>Человек чувствует, что признать какой-либо факт будет для него чрезмерным, и занимает позицию "даже если я знаю что-то, если я не скажу об этом, и буду вести себя так, как будто ничего нет, то я могу не принимать это в расчет". Такой психический процесс может быть развит далее или вторично скрыт.</p><br> <p>Само по себе скрывание, описанное ранее, остается последней возможностью справиться со стыдом. Эти процессы связывает то, что они охватывают не отдельное действие, а всю личность целиком. Например, один пациент стыдился признать, что он живет на съемной квартире, объяснив это в понятиях статуса, но также выяснилось, что он хотел скрыть свой возраст, 26 лет, и единственное объяснение, которое мы смогли обнаружить, то, что это был он и он просто не хотел, чтобы кто-то об этом знал.</p><br> <p>Прятание предотвращает болезненное чувство дискомфорта, затруднения и всеобемлющего самосознания. Часто говориться о том, что стыд и желание спрятаться ассоциируются с обнажением (показом себя) на публике людьми, с которыми индивид идентифицирует себя. Другим людям очень сложно спрятаться. В анализе с ними также непросто взаимодействовать, как и с теми, кто прячется.</p><br> <p>Эго идеал играет важную роль в таких формах психического функционирования, и если развитие было удовлетворительным, любовь и одобрение не будут полностью уничтожены, и возникновение стыда не будет неизбежным. Также нельзя связывать стыд только с инстинктивным выражением.</p><br> <p>Скорее переживание стыда это неприятное ощущение, связанное с поддержанием нарциссического равновесия. Хотя Супер-эго Эго-идеал являются ключевыми внутренними регуляторами нарциссического равновесия, им приходится уступать давлению со стороны внешнего мира и внешних воздействий для поддержания нарциссического баланса. Это с некоторой долей беспокойства было отмечено психоаналитиками (Tartakoff, 1966).</p><br> <p>Если принять этот факт, возникнут серьезные последствия, потому что внешние проявления так часто, так легко и естественно затрагивают ребенка. Все родители используют свое положение, чтобы получить от ребенка пищу для нарциссизма (Freud, 1914). Если это не получается, ребенок незаслуженно страдает и может впоследствии быть эмоционально неполноценным.</p><br> <p>В патологических случаях родительские запреты, предписания или ценности по большей части индивидуалистичны, нестандартны и служат в первую очередь для собственного развлечения, забавы, и лишь затем целям воспитания. Такие меры воздействия направлены на спасение родительского нарциссизма и нарушают права развивающегося ребенка. Это становится серьезной проблемой в обществе, и необходима ответственность, правдивость, справедливость, честность и осознание психической реальности.</p><br> <p>Ответ ребенка "закрыться".</p><br> <br> <div style="margin-left:10px;color:#575;font-weight:bold;"><a href="http://svetreiki.ru/blog/comment_1267340402.html">Оставить комментарий</a></div> Sun, 28 Feb 2010 09:00:02 GMT